Читай Савченко

Герман Савченко

ГЕРОИ ТЯЖЕЛОГО БЛЮЗА-2 Колыхающие сердца и души, напрягающие умы и сворачивающие уши в трубочку

Для ознакомления

Книга будет зимой!

 

Вместо предисловия

 

         В книге «Герои тяжелого блюза. Грусть никуда не уходит» я проанонсировал продолжение. Даже обозначил будущих героев. О музыке, а, особенно, о блюзе, писать непросто. Уж больно много критиков возникает на горизонте. Такое впечатление, что все поголовно разбираются в блюзе. Если бы это было так – я только за! На самом деле выходит, что не очень-то и разбираются, воображают, что разбираются. Мне очень приятно, что большинство прочитавших первую «блюзовую» книгу, оценили ее положительно. Прожженные меломаны скрипели по персоналиям, мол, что это за тяжелый блюз в исполнении Роберта Джонсона? Ребята, внимательно читайте книгу, я об этом писал.

         Во второй книге речь пойдет о хард-блюзовых музыкантах без всяких компромиссов. Неудивительно, что фамилии героев этой книги вы встретите в любой энциклопедии, посвященной «heavymetal», без тяжелого блюза никакого «хэви-метал» не было бы.


Жизнь сегодняшняя очень далека от блюза. На дворе другая музыка, и ни о каком блюзовом ренессансе речи быть не может. Но блюз силен традициями. Даже самый прожженный рэппер, услышав великий блюз, сделает паузу… и, конечно же, продолжит читать свой замечательный рэп, но, скорее всего, с немножко другим настроением.

         Еще над первой книгой, а над этой вообще очень сильно, витал незримо дух Великого Джими Хендрикса. Вам будет явственно ощутимо его присутствие на страницах этой книги. Без Джими – никуда! Для тяжелого блюза – это все! И, конечно же, куда же без Джоуи Флейшмана. Мой американский друг, помогающий безвозмездно, за идею (ха-ха! очень смешно звучит в сегодняшних реалиях), с удовольствием поработал над книгой. Его присутствие придает книге некоторую аутентичность. Америка – вон как далеко, а Джоуи, благодаря нехитрой технике, всегда рядом. И за это ему очень большое спасибо!

         Набирайте побольше воздуха в легкие и смело ныряйте в пучины тяжелого блюза! Главное – не закрывайте глаза и периодически всплывайте на поверхность! И если получится занырнуть чрезмерно глубоко, не бойтесь и просто наслаждайтесь. Тяжелый блюз вас обязательно отпустит, но ненадолго.

         Приятного чтения!

 

Герой №1

 

Гора, ставшая Западом.

Необузданный Лесли Вест

 

         Знает ли Гарри Кимович Каспаров, что у него есть однофамилец, большущий блюзовый музыкант, фактически один из пионеров тяжелого блюза? Музыкант, который еще в далеком 1969 году играл на Woodstock Music And Art Festival перед почти полумиллионной аудиторией? Кто это? Вопрос довольно сложный, ответим на него поступательно.

Патриарх советских шахмат, непререкаемый авторитет, экс-чемпион мира Михаил Моисеевич Ботвинник сразу заприметил в юном бакинце Вайнштейне большущего шахматиста. Он его поразил своими глубокими аналитическими способностями. Строчил варианты партии, как пулемет! Много перевидал талантов Ботвинник, такой мальчик редко попадается. Безусловно, и великий Ботвинник ошибался в оценке молодых талантов. Ведь не разглядел он в Анатолии Карпове будущего чемпиона мира. Обычный игрок, не более. В школу Ботвинника свозили таланты со всех уголков огромной страны. После более детального изучения творчества юного шахматиста патриарх окончательно принял решение. Это – будущий чемпион мира! Но есть одно «но». С такой фамилией чемпионом стать можно, но в разы сложней. Что за фамилия такая? Вайнштейн! Да, в стране полного интернационала антисемитизм отсутствовал, но исключительно на бумаге. На бытовом уровне он был почти везде. Выход нашелся простой и изящный. Юный Гарик взял фамилию матери. Появился громадный шахматный талант – Гарри Каспаров.


Вы будете смеяться, но на другом конце света у человека с фамилией Вайнштейн тоже возникло желание изменить фамилию. Не по причине антисемитизма, а по причине более легкого произношения фамилии, дабы вписаться в существующие определенные стандарты. Вот так и появился шахматист Каспаров и наш первый герой Лесли Уэст.

Лесли Вайнштейн (Leslie Weinstein) родился 22 октября 1945 года в Нью-Йорке. Поговаривают, что корни музыканта из Одессы, нашей Одессы, не американской. В Одессе Вайнштейнов было немало, а уж в Нью-Йорке так вообще десятки тысяч. Можете проверить, взяв телефонный справочник славного города Нью-Йорка, и сами убедитесь, сколько там Вайнштейнов.

Не мне вам рассказывать, что люди из Одессы – это особые человеки. Очень юморные, музыкальные, авантюрные! Люди, обожающие жизнь во всех ее проявлениях. Пользуясь, случаем, с вашего позволения, воспроизведу один одесский анекдот, который как раз в тему нашего повествования.

Свой рабочий день Вайнштейн, как обычно, начал с перекура и рассказов о последних новостях культуры:

— Нет, вы представляете, мой сосед Исаак полез настраивать рояль, так крышка взяла и сама себе упала. И хорошо упала! Аж придавила ему мудебейцалы…

— И что говорят врачи?

— Я вас прошу, что могут говорить врачи в такой ситуации! Могут только и говорить, что Шаляпин тоже был великим крикуном.

В роду юного Лесли были люди разных профессий. Дядя писал сценарии для телешоу, другой дядя был одним из известных ювелиров в Нью-Йорке. Типичная семья, средний класс, приближающийся к светлому капиталистическому будущему.

Засиделся мой американский камрадище. Пора, Джоуи, наш незабвенный Флейшман, перехватывать инициативу.

— Да, Гера, благодарен тебе за то, что привлекаешь мою скромную персону. Лесли Уэст даже для американца фигура малопонятная. Все у него было для вселенского прорыва, но вечно что-то в последний момент не срасталось. То бабы, то пьянки, то наркота, жесткая наркота. Это тебе не косяки курить непонятно с чем. Все было очень и очень по-взрослому. Мало того, еще все пути-дороги в Одессу ведут. Да, по поводу Одессы у меня есть очень мысль интересная. По моему скромному мнению, Одесса могла стать, как Ливерпуль, или, допустим, Новый Орлеан. Все для этого у нее было. Почему не стала? Все просто! Отсутствие африканских рабов! А как же Ливерпуль? Там что африканцы погоду делали? Нет, не делали. Но жило их там всегда прилично, и колорит они создавали. Главное, наличие некоего этнического фона. Именно этот фон и формирует культуру в целом и музыкальную культуру в частности. Именно негритянский элемент сформировал блюз как музыку.

Общая численность населения Одессы, по данным первой всеобщей переписи 1897 года, составляла 403,8 тысяч человек. По вероисповеданию основную массу составляли православные – 225,8 тыс. человек, затем 140,0 тыс. человек – иудеи, 25,2 тыс. – римско-католики, 9,6 тыс. – протестанты и прочие. Конечно, город феноменальный, город со своим лицом, давший миру массу выдающихся людей. Но мог бы быть намного круче! Это сугубо мои утопии, фантазии. Возвращусь к Лесли Уэсту.

Его происхождение определяло его ближайшую жизнь лет до 20, так это однозначно. Уродился он крупненьким, рос мальчуганом весьма упитанным. Не избежал он участи школьных дразнилок, насмешек и прочих мерзостей, сопровождающих жизнь толстяков в школе. Лесли особо не любит вспоминать школьные годы прекрасные, но известно, что он поменял около 10 школ. Ему просто не нравилось учиться. Считал, что учат абсолютно никому не нужным знаниям. В конце концов он бросил школу и пошел в ювелиры, учеником к родственнику. Юный Лесли решил заработать денег и начать музыкальную карьеру.


Он увидел Элвиса Пресли в шоу Томми Дорси, и Элвис, блистательный Элвис, сразил его наповал. На бар-мицву ему, как полагается, подарили определенное количество денег, и он в 1958 году купил свою первую профессиональную гитару Strat 1958 года выпуска. Конечно, до этого Strata были и укулеле, и акустические гитары, даже аккордеон, который он возненавидел сразу. В младших классах средней школы он играл «Heartbreak Hotel» уже очень сносно и получил приз на шоу талантов. «The Beatles» стремительно набирали популярности, и Лесли после Элвиса бредил возможностью стать одним из Битлов. Эта ливерпульская четверка сразила юного Вайнштейна наповал, и он стал фанатом этой группы, настолько большим фанатом, что отдает дань творчеству «Beatles» весьма регулярно, исполняя их песни.

Типичный блюзовый человек, Лесли как-то высказался: «Мои корни «The Who», вернее, рок-н-ролльная часть моих корней. У меня нет корней, которые идут назад к блюзу. Я научился играть на гитаре, наблюдая «Beatles» и «Stones», как и все остальные. Я не слушал дельта-блюз, но это не значит, что не понимаю этой музыки. Все, как говорил Эйнштейн, относительно. Многие черные парни возмущались, что белые мальчишки играют блюз. Мол, не дело, чтобы белые люди блюз играли. А сейчас говорят, что очень хорошо, что много белых парней играют нашу черную музыку. Монополисты! Без этих белых парней сидели бы они в своей дельте и играли для жалкой кучки людей».

Ювелирная мастерская, в которой работал Лесли, находилась на Манхэттене, вблизи находилась 48-я улица, богатая музыкальными магазинами. Юный Вест смотрел на витрины этих магазинов, как зачарованный. Разглядывал гитары. Досмотрелся до того, что вместе с младшим братом (разница 3 года) и его соучениками создал группу «The Vagrants». У этой группы было два незначительных хита в Восточных штатах США в 1966 и 1967 году. Это было достаточно, чтобы на группу обратил внимание Феликс Паппаларди. Безусловно, это был ключевой человек в карьере Лесли Веста.

— Спасибо, Джоуи, как всегда, твои экскурсы занимательны и полезны.

Паппаларди настолько весовая фигура в блюз-роке, насколько и не очень известная на наших просторах. Пробел ликвидировать считаю просто необходимой задачей. Феликс А. Паппаларди младший родился 30 декабря 1939 года в Бронксе, Нью-Йорк. Большая итальянская семья Паппаларди идеально вписывалась в бурлящий образ жизни Нью-Йорка. Старший Паппаларди свято верил в силу образования и для своих детей делал все возможное, чтобы они выучились. Феликс с самого детства проявил незаурядные музыкальные способности. Любую песенку воспроизводил после первого прослушивания. Закончил Школу Музыки и Искусств и учился в Мичиганском Университете. Не очень-то характерная ситуация для рок-среды, музыкант с классическим музыкальным образованием. Не думайте, что молодой Паппаларди был прямо нарасхват. После университета он не мог найти работу в Нью-Йорке. Подвизался в тусовке Гринвич-Виллидж, где, несомненно, сделал себе имя как очень квалифицированный аранжировщик. Феликс очень тонко чувствовал конъюнктуру рынка и двинул прямиком в продюсеры. Неплохо поработав с известной фолк-певицей Джоан Баэз, он хотел более мощного приложения своим талантам.

И тут подвернулось английское блюз-роковое трио «Cream». О них уже заговорили, первый альбом «Fresh Cream», вышедший в 1966 году (6-е место в Великобритании, 39-е место в США) запомнился перепевкой блюзовой классики – «Four Until Late» Роберта Джонсона, «Spoonful» Вилли Диксона, «Rollin Tumblin» Мадди Уотерса. Для записи следующего альбома «Disraeli Gears» пригласили Феликса Паппаларди. Эрик Клэптон, Джек Брюс, Джинджер Бейкер – это и есть «Cream», оценили талант Паппаларди еще до выхода альбома. В различных интервью музыканты «Cream» называли Феликса «четвертым членом группы». Все было бы хорошо, если бы не одно но. Это «но» перевесило все остальное. Это «но» называется несовместимость. Музыканты «Cream» ненавидели друг друга. Шотландец Брюс и ирландец Бейкер часто дрались, даже несколько раз на сцене сцепились. Плюс известные вам проблемы музыкантов с внешними источниками творческого духа. Конец 60-х – да это же наркоманский рай! Наши герои были не в стороне, если рай рядом, что же не пойти прогуляться!


Альбом «Disraeli Gears» вошел в Top 5 и в Великобритании, и в США.

«Cream» по праву считается одной из самых лучших групп в истории мирового рока. Музыканты подобрались ну просто выдающиеся. Но проклятое «но» играло свою роль. Дошло до того, что во время гастролей музыканты останавливались в разных отелях и на концерты добирались раздельно. «Cream» взорвали музыкальный мир в 1968 году. Полуконцертный-полустудийный двойной альбом «Wheels of Fire» возглавил хит-парад США и вошел в Top 3 Великобритании. Все-таки выделенное «но» добило группу, даже на фоне такого сумасшедшего успеха. В декабре 1968 года было официально объявлено о роспуске «Cream». Вышедший уже после распада группы альбом «Goodbye», по иронии судьбы, стал единственным альбомом «Cream», возглавившим национальный хит-парад (в США – 2-е место).

К музыкантам из «Cream» мы будем возвращаться на протяжении всей книги. Без этих музыкантов немыслим тяжелый блюз. Паппаларди приобрел огромный опыт, да и денег заработал. Параллельно с историей Феликса развивалась не менее бурная история Лесли Уэста. Он в составе «Vagrants» феерил в Нью-Йорке и его окрестностях. Лесли еще тогда понял одну простую истину – признание публики малоимущим музыкантам легче всего получить путем беспрерывных концертов. Лесли всегда находился в выигрышном положении. В группе выше и толще всех, за километр видно, да и по таланту выделяется. Неудивительно, что Паппаларди обратил на «Vagrants» свой взор и особенно его интересовал Лесли.

Наш засланец в благодатной Америке возжелал слово держать.

— Группа «Cream» — основополагающая группа для блюз-рока. Ты говорил, что без них не было бы никакого тяжелого блюза. Абсолютная правда! Я хочу обратить внимание читателей на следующий интересный момент. Как и какого хрена Феликс Паппаларди оказался в «Cream»? Ведь «Cream» после выпуска первого альбома уже были если не мега, то звездами точно. Вселенская слава в полушаге! А тут какой-то итальяшка из Бронкса чуть ли не у руля становится. Интересно? Дело было так. Дебютник «Cream» «Fresh Cream», вышедший в декабре 1966 года, попал в чарты. На момент записи «Disraeli Gears» группа существовала меньше года, американский контракт с Atlantic Records был заключен накануне. Глава лейбла, Ахмет Эртеган прикрепил к «Cream» молодого американца, начинающего продюсера Феликса Паппаларди и опытнейшего звукорежиссера Тома Дауда. Альбом стал международным хитом. Краеугольной пластинкой 60-х. На запись всего альбома ушло 5 дней, с 11 по 15 мая 1966 года, в Atlantic Studios в Нью-Йорке. Джек Брюс вспоминал: «Работали мы быстро. Мы же не знали, что мега-альбомы положено делать месяцами и годами! Многие треки получились с первого  или второго дубля».

Эртеган, человек старой закалки, считал, что Клэптон – абсолютный лидер группы. На всех троих внимания не хватит. Клэптон и Брюс делили вокальные партии поровну, Эртеган все равно дал команду Паппаларди выпихивать Клэптона в фронтмены. Паппаларди взялся за дело резво. Предложил Клэптону спеть главный вокал в первой песне альбома – и его первом сингле – «Strange Brew». Эта песня начала свое существование в качестве кавера старой песни Альберта Кинга « Lawdy Mama». Паппаларди взял пленку с записью инструментов домой, а на следующий день – по воспоминаниям Клэптона – вернул в виде «поп-песни в стиле Маккартни», с новым текстом и названием «Strange Brew».


Джек Брюс говорил, что это не плагиат, а дань уважения. Одновременно со «Strange Brew» в  альбоме появилась песня «World of Pain», написанная Феликсом и его женой Гейл Коллинз. Джек Брюс выделял ее. «Она была в духе моих более мелодичных, не блюзовых вещей. Мне она показалась интересной».

Паппаларди сработал на полную катушку. Альбом получился цельным и до сих пор слушается великолепно. Эртеган не прогадал. Паппаларди сделал свое дело, выполнил поставленную задачу. А самое главное – сделал себе имя!

«Cream» вообще, блядь, странные были. Такого количества баек, анекдотов, фантастических историй мало про кого ходит. Читатели понимают, что без них — никуда. Воспользуюсь случаем и я. Джек Брюс вспоминал: «У Хендрикса был особый дар оказывать на людей положительное воздействие, особенно, на гитаристов. Как-то раз он пришел на сессию звукозаписи в Нью-Йорке, когда «Cream» работали над «White Room», и был очень впечатлен этой песней. Он посмотрел на меня и сказал: «Эх, жаль, что я не могу написать ничего похожего!» На что я ответил: «Джими, скорее всего, ты просто не понимаешь, что я всего-навсего «содрал» ее с одной из твоих вещей».

– Спасибо, Джоуи. Честные люди и честная музыка!

Концерты воссоединившихся участников «Creаm» в Альберт-холле в мае 2005 года вышли воистину триумфальными. Вроде старые обиды забылись. Через полгода, когда группа выступала в Мэдисон-Сквер- Гардене, все вернулось на круги своя. Джинджер Бейкер вспоминает: «Поведение Джека изменилось. Он вел себя, как идиот, хватал микрофон, танцевал по всей сцене. В Альберт-холле состоялся один из самых приятных концертов в моей жизни., в Мэдисон-Сквер-Гардене была полная катастрофа. Джек извинился передо мной за то, что накинулся на меня на глазах у всех, когда я якобы слишком громко  играл в «Were Going Wrong». Это было последней каплей. Он думает, что можно сделать такое, а потом просто извиниться! Вот из-за этого мы и распались с самого начала».

Из этой славной троицы, к сожалению, выбыл один из основных игроков. Великий и непревзойденный Джек Брюс скончался 25 октября 2014 года в возрасте 71 года. Как бы Паппаларди ни пытался в 1967 году делать из Клэптона фронтмена, все понимали, что главной творческой единицей в составе «Cream» является Джек Брюс. В соавторстве с выдающимся поэтом Питом Брауном Брюс написал нетленные хиты «I Feel Free», «White Room», «Politician», а также придумал знаменитый рифф в песне «Sunshine of Your Love». Знаете, в чем отличие хорошего музыканта от гениального? При прослушивании гениального сразу узнаешь. Гениальные узнаваемые за счет невидимых штрихов, которые, наверное, и характеризуют гениальность. Вы будете удивлены, но я обратил внимание на Джека Брюса в 1991 году. Обратил и обратил, эка невидаль. Удивительно другое. Это был сольный альбом барабанщика «Black Sabbath» Билла Уорда 1990 года «Ward One: Along The Way». На этом альбоме Джек спел несколько песен, подыграл на басу. Очень здорово и запоминающееся. Многие критики и музыканты считают Брюса одним из самых лучших бас-гитаристов в истории рока. Я очень люблю творчество этого неистового шотландца и не могу обойти его. Его полное имя Джон Саймон Эшер Брюс. Он родился 14 мая 1943 года в Глазго. Материальное положение семьи было неважнецкое, родители постоянно меняли место работы и переезжали. Юный Джек сменил 14 школ. Пацан был очень музыкально одарен. За успехи в игре на виолончели он был принят на бюджетное место в Шотландскую Королевскую Консерваторию. В интервью для «Melody Maker» он говорил: «Когда я еще только учился в школе, я хотел играть на басу, но был отправлен изучать виолончель, потому что я был слишком малорослым, чтобы справиться с таким монстром.  К 15 годам я подрос и вспомнил о своих прежних амбициях. Потом я играл на бас-гитаре в школьном оркестре, а потом обучался в Шотландской Королевской Консерватории в Глазго».


А теперь представьте себе 1960 год. Мог ли Джек обойти стороной джаз и блюз? Ответ очевиден. В 17 лет он оставил учебу. Не только из-за новой музыки, еще и материальное положение семьи Джека не позволяло ему сидеть на шее у родителей. Отец Джека был весьма оригинальным человеком. Семья Брюсов готовилась начать новую жизнь в Канаде, но Чарли Брюс, человек крайне левых взглядов, почти коммунист, был профсоюзным лидером, не очень устраивавшим власть имущих. Семья была вынуждена вернуться домой.

Джек неожиданно начал зарабатывать на музыке. Интересно его воспоминание, что послужило толчком в большую музыку.

«У нас был большой старый граммофон, и случайно я услышал на нем музыку Бетховена. Я просто не мог поверить своим ушам. Помню, я прибегал домой из школы (в обеденный перерыв), чтобы послушать граммофон. Мне очень это нравилось. Я все еще помню запах бакелита и нагревающихся клапанов. Все это мгновенно увлекало меня и породило во мне желание побольше узнать о том, что такое музыка. Благодаря моим отцу и брату я познакомился с джазом, но вот классической музыкой мне приходилось заниматься тайком, потому, что тогда это увлечение восприняли бы как девчачье». Решение о том, чтобы стать профессиональным музыкантом, он принял после того, как увидел выступление оркестра Дюка Эллингтона, особенно его поразил контрабасист Рэй Браун. Он начал выступать на концертах и к 17 годам зарабатывал приличные деньги.

В 1962 году в его жизни произошла судьбоносная встреча. Джек выступал в составе джаз-бэнда на Майском балу в Кембриджском университете. В перерыве он решил прогуляться по окрестностям. Его внимание привлекли удивительные звуки, доносящиеся из подвала.

Спустившись в подвал, он увидел Питера «Джинджера» Бейкера. «В этом подвале он со своими рыжими волосами походил на демона. Перед ним стояла установка, которую он собрал сам. Я никогда не слышал, чтобы ударные так хорошо звучали. Я никогда не видел ударника, подобного ему. И в этот момент я сразу понял, что хочу играть вместе с ним».

Верховодил в тот вечер саксофонист Дик Хекстол-Смит. Брюс произвел впечатление. Ему предложили помузицировать, и он с легкостью справился с задачей. Хекстол-Смит предложил ему присоединиться  к первой в Британии группе электрического блюза «Alexis Korners Blues Incorporated». Эта группа оказала огромнейшее влияние на музыкальное мировоззрение Брюса. Какие люди там играли! Корнер, Бейкер, Хекстол-Смит, Сирил Дэйвис и Грэм Бонд. Особенно Джек выделял Бонда: «А что можно сказать о Грэме? С ним и так играла почти вся группа (в состав «Graham Band Organization» входили Бейкер, Хекстол-Смит и на ранних порах Джон Маклафлин). Мы выступали совместно с этой группой в большом количестве концертов. Это напоминало дружбу в колледже. Все это оказало огромное влияние на мою жизнь. Мы показывали людям музыку, которую они прежде не знали. Дик занимал в моем сердце особое место. Он был моим учителем и познакомил меня со многими вещами, на изучение и понимание которых самостоятельно мне потребовались бы многие годы». Еще до «Cream» Брюс и Бейкер столкнулись характерами именно в составе «Graham Band Organization».

Грэм Бонд был очень своеобразным человеком и музыкантом. Джек вспоминал: «Когда мы познакомились с Грэмом, он жил в Ромфорде, работал коммивояжером и был весьма уверенным в себе человеком. Однако по прошествии времени его характер стал стремительно меняться, и в итоге он превратился в совершенно иного человека, помешанного на магии. (Алистер Кроули постарался! – прим. авт.). Потом он стал еще более «таинственным» и увлекся «тяжелыми» наркотиками, после чего вытворял самые невообразимые вещи. Все в его жизни пошло наперекосяк. Однажды его орган был реквизирован прямо во время концерта, потому что Грэм вовремя не заплатил то ли какие-то налоги, то ли алименты».

Брюс с Бейкером всегда были на ножах. Шотландец и ирландец если сцепятся… Ух! После всего негатива, который был между ними, Джек высказался: «Он очень хороший ударник. Иногда, когда он в кураже, он играет, как никто. На самом деле он, вероятно, великий ударник. Не величайший, но это просто потому, что в нашем деле, в музыке, нельзя быть величайшим. Музыка устроена по-другому. Она, скорее, напоминает бокс».

Не могу отлипнуть от Брюса! Безмерно уважаю этого музыканта, жалко, что его нет с нами. К нему мы еще обстоятельно вернемся.

По поводу замечаний и предложений, обращайтесь!

А так же, если вы хотите разместить свой материал у нас на сайте, то ждем ваших писем на

email: artbusines2018@gmail.com

или звоните по телефонам:

+38(068) 224 25 48

+38(099) 229 31 67

Наш канал на YouTube

Ты нами можешь поделиться

© Многие материалы эксклюзивны и права на них защищены!

Сделано ❤ для ВАС!